Пространственная изменчивость температуры и солености (на поверхности, на глубине 100 м и на дне)

Photo: Ann K. Balto, NPI.

Meteorological and oceanographic conditions 2020
Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times

Температура поверхности моря (SST) (http://iridl.ldeo.columbia.edu) усредненная по юго-западной (71–74° с. ш., 20–40° в. д.) и юго-восточной (69–73° с. ш., 42–55° в. д.) частям Баренцева моря, превышала многолетнее среднее значение (1982–2010 гг.) в течение всего 2020 г. (рис. 3.1.7). Небольшие положительные аномалии (0,1–0,3 °С) обнаруживались в юго-западной части моря в первом полугодии, а большие (1,1–3,2 °С) наблюдались в юго-восточной части во втором полугодии.

Пространственная изменчивость температуры и солености (на поверхности, на глубине 100 м и на дне)

На юго-западе самые большие аномалии (>1,0 °С) выявлялись в августе – октябре; на юго-востоке аномалии свыше 1,5 °C отмечались в июле – октябре (рис. 3.1.7). С января по май 2020 г., значение SST было ниже, чем в 2019 г., или приближалось к значению за этот год; но в течение остальной части года (с июня по декабрь) оно существенно превышало значения предыдущего года (на 0,6–3,0 °С) (рис. 3.1.7).

Рис. 3.1.7. Годовые (вверху) и месячные (внизу) аномалии температуры поверхности моря в западной и восточной частях Баренцева моря. Рис. 3.1.7. Годовые (вверху) и месячные (внизу) аномалии температуры поверхности моря в западной и восточной частях Баренцева моря.

Совместная российско-норвежская экосистемная съемка проводилась в Баренцевом море в августе – октябре 2020 г. Температура поверхности была в среднем на 1,4 °C выше долгосрочного среднего значения (1981–2010 гг.) почти по всей области съемки (95 %) (рис. 3.1.8). Положительные аномалии возрастали в восточном направлении и достигали свыше 3 °C в юго-восточной части Баренцева моря. Отрицательные аномалии (в среднем примерно −0,7 °C) обнаружены только в небольшой области южнее острова Медвежий. По сравнению с 2019 г. температура поверхности в 2020 г. была гораздо выше (в среднем на 1,4 °C) на большей части области съемки (~80 %), при этом наибольшее положительное различие (>3 °C) отмечалось в самой юго-восточной и самой юго-западной частях моря (рис. 3.1.8). Отрицательные различия в температуре между 2020 и 2019 гг. обнаруживались в основном в западной части Баренцева моря между 73 и 76° с. ш., а также над Мурманским поднятием.

Рис. 3.1.8. Поверхностная температура поверхности (°C) в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в температуре между 2020 и 2019 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа, °C). Рис. 3.1.8. Поверхностная температура поверхности (°C) в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в температуре между 2020 и 2019 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа, °C).

Арктические воды по-прежнему находились преимущественно в слое 50–100 м к северу от 77° с. ш. Температура на глубинах 50 и 100 м была выше долгосрочных средних значений (1981–2010 гг.) (в среднем на 0,7 и 0,5 °C соответственно) примерно на двух третях области съемки; при этом наибольшие положительные аномалии наблюдались на юго-востоке, особенно на глубине 50 м (рис. 3.1.9). Отрицательные аномалии (в среднем примерно –0,4 °C) обнаруживались в основном над банкой Персей и в некоторых областях центральной части Баренцева моря. По сравнению с 2019 г. температура на глубине 50 и 100 м в 2020 г. была ниже (в среднем на 1,0 и 0,5 °C соответственно) на половине области съемки, особенно в центральной и юго-восточной частях; отклонения в положительную сторону наблюдалось главным образом в юго-западной части Баренцева моря, а также к югу и востоку от архипелага Шпицберген (рис. 3.1.9).

Рис. 3.1.9. Температура на глубине 100 м (°C) в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), разница в температуре между 2020 и 2019 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа, °C). Рис. 3.1.9. Температура на глубине 100 м (°C) в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), разница в температуре между 2020 и 2019 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа, °C).

Придонная температура была в целом на 0,7 °C выше многолетнего среднего значения (за 1981–2010 гг.) на двух третях области съемки с наибольшими положительными аномалиями на юго-востоке Баренцева моря (рис. 3.1.10). Отрицательные аномалии (в среднем –0,5 °C) наблюдались главным образом в южной и северной частях моря с наибольшими значениями к востоку от архипелага Шпицберген и над банкой Персей. По сравнению с 2019 г. придонная температура в 2020 г. была в среднем на 0,5 °C ниже на 60 % области съемки с наибольшими отклонениями над Северной Канинской банкой и в Восточном бассейне (рис. 3.1.10). Придонные воды были теплее (в среднем на 0,5 °C), чем в 2019 г., главным образом в западной части моря, восточнее архипелага Шпицберген и в небольшой области к северу от полуострова Канин.

Рис. 3.1.10. Придонная температура (°C) в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в температуре между 2020 и 2019 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа, °C).. Рис. 3.1.10. Придонная температура (°C) в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в температуре между 2020 и 2019 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа, °C).

Поверхностная соленость была в среднем на 0,3 выше многолетней средней (1981–2010 гг.) примерно на 40 % области съемки с наибольшими положительными аномалиями (>0,4) на севере и юго-востоке Баренцева моря (рис. 3.1.11). Отрицательные аномалии (в среднем –0,15) наблюдались в западной и центральной частях моря, а также в небольшой области к северу от полуострова Канин. В августе – октябре 2020 г. поверхностные воды были в среднем на 0,2 более пресными, чем в 2019 г., примерно на 60 % области съемки; они были солонее (в среднем на 0,4) в основном восточнее архипелага Шпицберген и в юго-восточной части Баренцева моря (рис. 3.1.11).

Рис. 3.1.11. Поверхностная соленость в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в солености между 2020 и 2019 гг. (внизу слева) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа). Figure 3.1.11. Surface salinities in August–October 2019 (upper left) and 2020 (upper right), their differences between 2020 and 2019 (lower left) and anomalies in August–October 2020 (lower right).

Соленость более глубоких вод была ниже средней (1981–2010 гг.) (в среднем на 0,1) примерно на половине области съемки на глубине 50 м и почти по всему морю (80 % площади) на глубине 100 м с наибольшими отрицательными аномалиями в прибрежных водах юго-западной части Баренцева моря (рис. 3.1.12). Положительные аномалии обнаружены в северной (особенно к востоку от архипелага Шпицберген) и юго-восточной частях моря. В августе – октябре 2020 г. воды на глубине 50 и 100 м были более пресными (в среднем на 0,1), чем в 2019 г., на большей части области съемки (57 и 65 % соответственно) с наибольшими отрицательными различиями восточнее архипелага Шпицберген и в прибрежных водах юго-западной части Баренцева моря (рис. 3.1.12). Значительные различия в солености в положительную сторону (>0,1) между 2020 и 2019 гг. наблюдались главным образом в юго-восточной части Баренцева моря. На глубине 50 м как аномалии, так и различия были больше, чем на глубине 100 м. На глубине 100 м аномалии солености и различия в ее магнитуде <0,1 наблюдались примерно на 90 и 77 % области съемки соответственно (рис. 3.1.12).

Рис. 3.1.12. Соленость на глубине 100 м в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в солености между 2020 и 2019 гг. (внизу слева) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа). Рис. 3.1.12. Соленость на глубине 100 м в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в солености между 2020 и 2019 гг. (внизу слева) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа).

Придонная соленость была немного ниже средней (1981–2010 гг.) примерно на 80 % области съемки с наибольшими отрицательными аномалиями (>0,1 по магнитуде) в основном в прибрежных водах юго-западной части Баренцева моря и к востоку от острова Медвежий (рис. 3.1.13). Положительные аномалии обнаружены в юго-восточной части моря и в некоторых областях вокруг архипелага Шпицберген. В августе – октябре 2020 г. придонные воды были несколько более пресными по сравнению с 2019 г. на трех четвертях области съемки (рис. 3.1.13). Только в юго-восточной части Баренцева моря они были гораздо более солеными, чем в 2019 г. В целом аномалии и различия в придонной солености были небольшими (<0,1 по магнитуде) почти по всей области съемки (85 и 74 % соответственно).

Рис. 3.1.13. Придонная соленость в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в солености между 2020 и 2019 гг. (внизу слева) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа). Рис. 3.1.13. Придонная соленость в августе – октябре 2019 г. (вверху слева) и 2020 г. (вверху справа), различие в солености между 2020 и 2019 гг. (внизу слева) и аномалии в августе – октябре 2020 г. (внизу справа).

Logo ICES